анекдоты о программистах и компьютерах

Анекдоты про программистов и пользователей

Намедни встретил одноклассницу Юлю, которую видел последний раз, когда мы ещё носили пионерские галстуки. Поговорили, упрекнула меня в «компьютерной непродвинустости», потому что я не зарегистрирован в «контактах» и прочих «одноклассниках». А вот Юля, как она похвасталась, давно освоила компьютер и работает программистом, получает приличные деньги. Выяснил, Юля со своими коллегами при помощи программы-конструктора скриптов клепает однотипные сайты для интернет-магазинов, такой вот «программист». Я не стал спорить на эту тему, рассказывать про ассемблер и машинные коды, пускай считает себя настоящим программистом. А мне по этому поводу вспомнилась цитата из мемуаров Дениса Ритчи, главного разработчика языка Си, на котором, скорее всего, написана программа, нарисовавшая на вашем экране этот текст. Дословно перевожу с английского: «когда я был студентом Гарварда, я написал на фортране игру в “крестики-нолики” и считал себя лучшим программистом. Когда молодым специалистом я устроился на работу в Bell Labs, моим первым заданием было переписать программу управления автоматикой так, чтобы эта программа занимала в два раза меньше памяти и работала в четыре раза быстрей. И вот тогда я осознал, что я не программист, а полное дерьмо».

Есть старый анекдот про программиста, которому жена уходя на работу оставила записку,что необходимо купить: килограмм лука, 5 кило картошки, полкило колбасы. Результат похода: килограмм картошки, 5 кило колбасы, полкило водки.

Источник

Анекдоты про программистов и пользователей

Звонит женщина в техподдержку:

Т: Алло. Чем могу быть полезен?

Ж: Как вы смеете!? Почему вы забиваете память моего компьютера
порнографией?

Т: МЫ забиваем? Извините, как это?

Т: Мадам. поговорите с ним еще раз.

Когда вы звоните нам с просьбой переместить ваш компьютер, убедитесь,
что на нём не менее половины сотен открыток, детских фотографий, чучел
животных, высушенных цветов, кубков и трофеев, а также детских рисунков.

Никогда и ничего не записывайте и не запоминайте. Особенно сообщение об
ошибке, которое было на вашем экране.

Если мы спрашиваем, каково было ваше последнее действие, всегда
отвечайте нам: «Я ничего не делал(а)».

Когда мы скажем, что всё закончено, немедленно найдите причину уйти,
чтобы не отвечать на наши глупые вопросы, например: «Какой у вас пароль?»

Описывая проблему, скажите нам только то, что вы в конечном счёте
пытались сделать, например: «Я не могу получить свою электронную почту».
Мы не должны знать, что компьютер даже не включается.

Не стесняйтесь — игнорируйте любые электронные письма, посланные нами,
особенно с отметкой о высокой важности. Вам ведь наверняка не нужно это
знать.

Всегда набирайте важные и срочные электронные письма всеми прописными.

Когда что-либо, отдалённо напоминающее электронику, не работает, зовите
нас. Если мы можем настроить компьютер, мы должны знать о подобных
устройствах всё.

Если документ, который вы отправили на печать, не распечатался, пошлите
его ещё раз двадцать. Один из листов просто обязан вылезти из принтера.

Никогда не запоминайте правильное название чего-либо технического. Мы
знаем точно, что вы подразумеваете под словами «моя фиговина не
работает».

Не тратьте впустую своё время, изучая встроенную справку. Мы уже должны
были научиться на горьком опыте и всё знать — зачем это вам?

Если какой-либо из компьютерных кабелей находится на вашем пути или
мешается, положите его поверх обогревателя или прижмите его чем-то
большим и тяжёлым.

Никогда не читайте сообщения, которые появляются на вашем экране.
Щёлкните по крестику, чтобы закрыть надоедливое окно.

Никогда не пытайтесь перезагрузить компьютер самостоятельно. Только
опытные, отлично обученные профессионалы способны провести такую
операцию.

Будет здорово, если вы станете говорить нам: «Вы не разбираетесь в
компьютерах». Мы любим слышать такие лестные отзывы о своих
профессиональных навыках.

Когда вы получаете огромный файл, убедитесь, что отправили его всем
вашим друзьям. У нас много дискового пространства и отличный канал
связи.

Слушайте радио и музыку по интернету. Мы уже говорили: у нас отличный
канал связи.

Когда айтишник несёт тяжелое оборудование, стоящее несколько сотен тысяч
рублей, это наилучшее время, чтобы спросить, почему ваш скринсейвер
перестал работать.

Корпус вашего компьютера — отличное место для стаканчиков с напитками,
цветов и игрушек.

Сделайте всё, что в ваших силах, чтобы закрыть те уродливые щели в
компьютере и мониторе.

Источник

Анекдоты про программистов и пользователей

Анекдоты про программистов, пользователей и смешные истории с ними.

Я программист 1с, PHP (HTML, CSS и.т.д.).
У нас уволился парнишка, который администрировал сеть, заправлял картриджи, решал проблемы с поломками.

ПРО ОСОБЕННОСТИ ЛОГИКИ АЙТИШНИКОВ

Навеяло историей Вечный “апгрейд” от 28 марта 2020.
Проблема «БАГ 2000»

У моего друга програмиста-компьютерщика, на работе завхозом был отставной полковник, типичный «сапог».
Получить у него деньги на новую технику или расходники было крайне трудно. Заставлял под опись здавать старые дискетки.
Очень прижимистый. IQ на уровне прапорщика, все брал военным нахрапом.
А тут проблема Millenium. Везде истерия, что все встанет и зависнет.
Ну его сделали старшим по решению этой задачи. В компьютерной технике совершенно ничего не понимал.Ну в смысле СОВСЕМ. Ему на помощь дали моего товарища компьютерщика.
Под эту сурдинку он сделал апгрейд всей техники, проложил новые сети и т.д.

Ну и вишенка на торте.
Он требовал показать и объяснить ему, как будет вся эта техника работать в режиме возникшего сбоя.
Мой товарищ где-то достал старый бухгалтерский арифмометр «Феликс» (Старшее поколение помнят что это такое). Сделал сзади него отверстие и вставил туда гнездо порта COM1 и вывел все это кабелем на компьютер.
Он выводил на монитор генератором случайных чисел 10-ти значное число. Показывал его завхозу.
Потом набирал это число на арифмометре. И начинался цирк. Набирая несколько раз хаотично цифирки на зубчатом колесе и двигая каретку, начинал хаотично вращать рукоятку вперед-назад постепенно сводя число на компьютере к (0). Получив в окне арифмометра заветные 0000000000, обнулял исходное число на мониторе сбрасывая на клавиатуре.
Завхоз потребовал провести несколько технических испытаний. Все работало ОТЛИЧНО.
Контора показала свою боеготовность встретить Новый XXI век во всеоружии.

Источник

Анекдоты про программистов и пользователей

К Истории № 882931 про чудо-картину из пропадающих красок, которыми был загрунтован холст:

Примерно такая же ситуация была у нас на работе году где-то в 2003-ем.
Как-то собрали мы по полкам запчасти всякие компьютерные, принесли их нашему Главному «собиральщику» Андрею и попросили всё это вместе скрутить, что бы проверить работоспособность. (А не всё со всем совмещается. Например, видеокарты карты от S3 не любили SiS-овские чипсеты и так далее).
Ну и вот, Андрей всё это скрутил, собрал. Накатал Windows’98 и поставил тестировать.
И тут прибегает друг Сергея – «Главного продавана».
Компьютер нужен. А готовых нет.
Есть только «компьютер-винегрет», который находится в процессе тестирования.
Причём, сразу понятно, что будет он не оптимальным по конфигурации.

В общем: этот друг уговорил продать ему «компьютер-винегрет».

Как его не отговаривали. Компьютер – дрянь, разве что корпус у него был красивый.
От разобранного по частям Geteway-2000. Он был даже с блоком питания AT, а не ATX.
«Ваще хлам».

Продали, выпроводили. Всем стыдно. И особенно Сергею. Поскольку понимает он, что «глюкалово» хорошему человеку «впарил».

Проходит года три или лет пять, и появляется у нас тот забытый друг Сергея и просит продать ему вагон компьютеров для конторы.

Мы такие все смотрим друг-на друга и вспоминаем того «крокодила», которого собрали из того что за стеллажи упало, пылью и плесенью покрылось и не знаем что ответить.

Компьютер, оказывается, вполне рабочим получился.
Хотя шансов на это было ноль. Предполагалось собрать, погонять его, посмотреть что там «заглючит» и всё это «глючное» по очереди заменить.

Из подслушанного (реально, на «историю» не тянет):

ххх: Недавно коммерческий попросил генерального уволить ведущего программиста проекта.
ххх: Обоснование: «Он делает всё не так, как я говорю, но ВСЁ РАБОТАЕТ!»

Был у коллег ИТ-шников в гостях.
Так в туалете над унитазом, где обычно висит распечатка: «Уважайте труп уборщиц!» обнаружил другую:

Если вам с утра показалось, что ваши носки или рубашка воняют, то ВАМ ЭТО НЕ ПОКАЗАЛОСЬ!»

Системный администратор Вадик, сдавленно чертыхаясь, карабкался по водосточной трубе на второй этаж. Задача отчасти упрощалась тем, что офис располагался в старинном особняке, чей фасад украшало множество декоративных лепных элементов, за которые при необходимости можно было ухватиться. Вадик искренне надеялся, что такой необходимости все-таки не возникнет, ибо, несмотря на наличие внизу газона с аккуратно подстриженными сорняками, падать было бы высоко и больно. С другой стороны, определенную сложность процессу добавлял еще и тот факт, что размеренная сисадминская работа не располагала к совершенствованию акробатических навыков. Она располагала к философскому миросозерцанию под пиво с чипсами, и сама по себе стимулировала бурный рост исключительно пуза, но никак не мускулатуры плечевого пояса. Однако Вадик с упорством альпиниста-спасателя лез вверх — там, в приветливо распахнутом окне, его уже терпеливо дожидался заветный приз в лице главного бухгалтера фирмы — Валентины Александровны.

Этот рабочий день начался для Вадика не совсем традиционно, то есть, не с просмотра френдленты в «Фейсбуке» под чашечку кофе, а с пронзительного звука, прокатившегося по этажам офисного центра и затихшего гулким эхом где-то в районе переговорной. «Примерно так, наверное, должен звучать заводской гудок», — подумал Вадик, едва не пролив от неожиданности горячий кофе себе на штаны, — «или, как минимум, раненый бизон в брачный период». И хотя раньше он никогда не сталкивался с ранеными бизонами, но интенсивность звука в децибелах, а также его полифоническая насыщенность красноречиво свидетельствовали о том, что бизон, как минимум, крайне недоволен и очень агрессивен. Со вздохом оставив недопитый кофе, Вадик отправился на поиски источника аккустической аномалии.

Короткое расследование привело Вадика к дверям бухгалтерии, расположенной на втором этаже. Двери были сварены из толстых стальных листов и покоились на массивных металлических петлях, которым наверняка позавидовали бы ворота небольшой средневековой крепости, а выходившее во двор окно было забрано сдвижной железной решеткой. Подобные меры предосторожности были отнюдь не лишними, ибо в небольшой каморке, где располагалась бухгалтерия, имелось целых две чрезвычайно значимых для фирмы ценности: огромный старинный сейф, в котором хранилась оборотная наличка, и главный, она же единственный, бухгалтер Валентина Александровна. Валентина Александровна вполне могла посоперничать с сейфом в монументальности, поэтому они оба успешно заполняли собою все полезное пространство помещения — ничего иного в этот скромный приют балансов и авансовых счетов попросту не помещалось.

С Валентиной Александровной у Вадика отношения не сложились как-то с самого начала. Главный бухгалтер высокомерно считала сисадмина чем-то средним между дворовой прислугой и мальчиком на побегушках, отдавая распоряжения «быстро все починить» брезгливым и не терпящим возражений тоном. При этом «что-нибудь» приходилось чинить довольно-таки часто, ибо Валентина Александровна являлась абсолютным рекордсменом города по скоростному запуску присланных по электронной почте вирусов, запихиванию в принтер бумаги со скрепками и выдергиванию каблуками витой пары из висящего на стене свитча. Вадик тоже не оставался в долгу: в ответ на претензии из серии «я опять не могу войти в бухгалтерию» он вежливо советовал Валентине Александровне сесть на диету, а заявку «купить что-нибудь, чтобы я могла нормально работать на компьютере» однажды отклонил с резолюцией «невозможно выполнить в связи с отсутствием в розничной продаже мозгов».

Сегодня Валентина Александровна явилась на работу пораньше, чтобы проверить подготовленные накануне отчеты в фонды, открыла магнитный замок бухгалтерии собственным электронным ключом и по привычке захлопнула за собою тяжелую металлическую дверь. Поскольку главный бухгалтер всегда самоотверженно стояла на страже финансовых интересов фирмы, и принципиально не оплачивала счетов, если принесший их сотрудник не был готов представить развернутое обоснование, зачем оно нужно и почему на этом нельзя сэкономить (а особенно, если этого сотрудника звали Вадик), в качестве системы контроля доступа на предприятии использовалась самые дешевые магнитные замки, которые Вадик только сумел раздобыть и приладить на двери кабинетов. Однако в этот раз природная прижимистость сыграла с Валентиной Александровной дурную шутку: едва ворота бухгалтерской цитадели замкнулись за ее могучей спиной, в компьютерных мозгах дешевого электронного замка произошел какой-то непредвиденный сбой и он полностью заблокировал дверь, отказываясь реагировать и на кнопку открывания, и на прикосновение электронного ключа. Валентина Александровна очутилась в ловушке.

— Что тут произошло? — Озабоченно поинтересовался директор, привлеченный на второй этаж подозрительным и весьма интенсивным шумом.

— Дверь заклинило, — мрачно отозвался Вадик. — И не сломаешь, крепкая, зараза.

— Выпустите! — Изнутри бухгалтерии на толстый металл градом сыпались гулкие удары. — Немедленно выпустите меня отсюда!

— Может, этаж обесточить? — Предложил директор. — Там есть рубильник, в щитке на лестничной клетке.

— Бесполезно, — отмахнулся Вадик, — магнитный замок запитан от аккумулятора, сам по себе он разрядится в лучшем случае через пару дней. А она там за это время помрет от голода. Или от стресса. Эй, послушайте! — Вадик попытался перекричать не на шутку разошедшуюся Валентину Александровну, которая, похоже, впала в настоящую истерику, — там на стене, справа от двери, висит металлический ящик. Откройте его, внутри черная батарея. Снимите с нее любую клемму и замок разблокируется!

— Вот еще! — Донеслось с той стороны. — Я вам не программист! Я в этом ничего не понимаю! Выпустите меня немедленно, слышите?

Вадик с директором тоскливо переглянулись.

— Валентина Александровна, — примирительно прокричал Вадик в дверь, — вы сможете открыть решетку на окне изнутри? Я сейчас влезу к вам по водосточной трубе и отключу батарею сам.

— Это все он! — Разгневанно направила дрожащий палец на Вадика растрепанная, раскрасневшаяся, но вызволенная из неволи Валентина Александровна. — Это он не справляется со своими непосредственными обязанностями, в результате чего я оказалась взаперти! Я требую немедленно принять меры административного характера!

Вадик хранил молчание, понуро глядя в пол.

— Послушайте, Валентина Александровна, — устало прервал ее директор, — скажите, когда к вам в последний раз залезал в окно настоящий живой мужчина?

— Не помню… — Растерянно произнесла бухгалтер.

Источник

Анекдоты про программистов и пользователей

Анекдоты про программистов, пользователей и смешные истории с ними.

Некоего Альберта Шпеера отстранили от работы в ночную смену, указав в
комментарии «подозревается в связях с Гитлером».

Работа спорилась, геноцид рос.

Целый отдел был уволен с комментарием «В газенваген» (естественно на
немецком языке).

Апогеем стало разжалование директора в завхозы, и введение должности
«оберштурмбанфюрер» и принятие на неё (как вы уже наверняка догадались)
Макса фон Штирлица.

Элемент реальности в игру тестировщиков внёс туповатый чувачок, который
хотел проверить как работает почтовый сервер. В итоге, всем
вышеозначенным персонажам а также их менеджерам были отправлены по базе
данных на их реальные е-мейл-адреса вышеуказанные комментарии.

Намедни встретил одноклассницу Юлю, которую видел последний раз, когда мы ещё носили пионерские галстуки. Поговорили, упрекнула меня в «компьютерной непродвинустости», потому что я не зарегистрирован в «контактах» и прочих «одноклассниках». А вот Юля, как она похвасталась, давно освоила компьютер и работает программистом, получает приличные деньги. Выяснил, Юля со своими коллегами при помощи программы-конструктора скриптов клепает однотипные сайты для интернет-магазинов, такой вот «программист». Я не стал спорить на эту тему, рассказывать про ассемблер и машинные коды, пускай считает себя настоящим программистом. А мне по этому поводу вспомнилась цитата из мемуаров Дениса Ритчи, главного разработчика языка Си, на котором, скорее всего, написана программа, нарисовавшая на вашем экране этот текст. Дословно перевожу с английского: «когда я был студентом Гарварда, я написал на фортране игру в “крестики-нолики” и считал себя лучшим программистом. Когда молодым специалистом я устроился на работу в Bell Labs, моим первым заданием было переписать программу управления автоматикой так, чтобы эта программа занимала в два раза меньше памяти и работала в четыре раза быстрей. И вот тогда я осознал, что я не программист, а полное дерьмо».

Системный администратор Вадик, сдавленно чертыхаясь, карабкался по водосточной трубе на второй этаж. Задача отчасти упрощалась тем, что офис располагался в старинном особняке, чей фасад украшало множество декоративных лепных элементов, за которые при необходимости можно было ухватиться. Вадик искренне надеялся, что такой необходимости все-таки не возникнет, ибо, несмотря на наличие внизу газона с аккуратно подстриженными сорняками, падать было бы высоко и больно. С другой стороны, определенную сложность процессу добавлял еще и тот факт, что размеренная сисадминская работа не располагала к совершенствованию акробатических навыков. Она располагала к философскому миросозерцанию под пиво с чипсами, и сама по себе стимулировала бурный рост исключительно пуза, но никак не мускулатуры плечевого пояса. Однако Вадик с упорством альпиниста-спасателя лез вверх — там, в приветливо распахнутом окне, его уже терпеливо дожидался заветный приз в лице главного бухгалтера фирмы — Валентины Александровны.

Этот рабочий день начался для Вадика не совсем традиционно, то есть, не с просмотра френдленты в «Фейсбуке» под чашечку кофе, а с пронзительного звука, прокатившегося по этажам офисного центра и затихшего гулким эхом где-то в районе переговорной. «Примерно так, наверное, должен звучать заводской гудок», — подумал Вадик, едва не пролив от неожиданности горячий кофе себе на штаны, — «или, как минимум, раненый бизон в брачный период». И хотя раньше он никогда не сталкивался с ранеными бизонами, но интенсивность звука в децибелах, а также его полифоническая насыщенность красноречиво свидетельствовали о том, что бизон, как минимум, крайне недоволен и очень агрессивен. Со вздохом оставив недопитый кофе, Вадик отправился на поиски источника аккустической аномалии.

Короткое расследование привело Вадика к дверям бухгалтерии, расположенной на втором этаже. Двери были сварены из толстых стальных листов и покоились на массивных металлических петлях, которым наверняка позавидовали бы ворота небольшой средневековой крепости, а выходившее во двор окно было забрано сдвижной железной решеткой. Подобные меры предосторожности были отнюдь не лишними, ибо в небольшой каморке, где располагалась бухгалтерия, имелось целых две чрезвычайно значимых для фирмы ценности: огромный старинный сейф, в котором хранилась оборотная наличка, и главный, она же единственный, бухгалтер Валентина Александровна. Валентина Александровна вполне могла посоперничать с сейфом в монументальности, поэтому они оба успешно заполняли собою все полезное пространство помещения — ничего иного в этот скромный приют балансов и авансовых счетов попросту не помещалось.

С Валентиной Александровной у Вадика отношения не сложились как-то с самого начала. Главный бухгалтер высокомерно считала сисадмина чем-то средним между дворовой прислугой и мальчиком на побегушках, отдавая распоряжения «быстро все починить» брезгливым и не терпящим возражений тоном. При этом «что-нибудь» приходилось чинить довольно-таки часто, ибо Валентина Александровна являлась абсолютным рекордсменом города по скоростному запуску присланных по электронной почте вирусов, запихиванию в принтер бумаги со скрепками и выдергиванию каблуками витой пары из висящего на стене свитча. Вадик тоже не оставался в долгу: в ответ на претензии из серии «я опять не могу войти в бухгалтерию» он вежливо советовал Валентине Александровне сесть на диету, а заявку «купить что-нибудь, чтобы я могла нормально работать на компьютере» однажды отклонил с резолюцией «невозможно выполнить в связи с отсутствием в розничной продаже мозгов».

Сегодня Валентина Александровна явилась на работу пораньше, чтобы проверить подготовленные накануне отчеты в фонды, открыла магнитный замок бухгалтерии собственным электронным ключом и по привычке захлопнула за собою тяжелую металлическую дверь. Поскольку главный бухгалтер всегда самоотверженно стояла на страже финансовых интересов фирмы, и принципиально не оплачивала счетов, если принесший их сотрудник не был готов представить развернутое обоснование, зачем оно нужно и почему на этом нельзя сэкономить (а особенно, если этого сотрудника звали Вадик), в качестве системы контроля доступа на предприятии использовалась самые дешевые магнитные замки, которые Вадик только сумел раздобыть и приладить на двери кабинетов. Однако в этот раз природная прижимистость сыграла с Валентиной Александровной дурную шутку: едва ворота бухгалтерской цитадели замкнулись за ее могучей спиной, в компьютерных мозгах дешевого электронного замка произошел какой-то непредвиденный сбой и он полностью заблокировал дверь, отказываясь реагировать и на кнопку открывания, и на прикосновение электронного ключа. Валентина Александровна очутилась в ловушке.

— Что тут произошло? — Озабоченно поинтересовался директор, привлеченный на второй этаж подозрительным и весьма интенсивным шумом.

— Дверь заклинило, — мрачно отозвался Вадик. — И не сломаешь, крепкая, зараза.

— Выпустите! — Изнутри бухгалтерии на толстый металл градом сыпались гулкие удары. — Немедленно выпустите меня отсюда!

— Может, этаж обесточить? — Предложил директор. — Там есть рубильник, в щитке на лестничной клетке.

— Бесполезно, — отмахнулся Вадик, — магнитный замок запитан от аккумулятора, сам по себе он разрядится в лучшем случае через пару дней. А она там за это время помрет от голода. Или от стресса. Эй, послушайте! — Вадик попытался перекричать не на шутку разошедшуюся Валентину Александровну, которая, похоже, впала в настоящую истерику, — там на стене, справа от двери, висит металлический ящик. Откройте его, внутри черная батарея. Снимите с нее любую клемму и замок разблокируется!

— Вот еще! — Донеслось с той стороны. — Я вам не программист! Я в этом ничего не понимаю! Выпустите меня немедленно, слышите?

Вадик с директором тоскливо переглянулись.

— Валентина Александровна, — примирительно прокричал Вадик в дверь, — вы сможете открыть решетку на окне изнутри? Я сейчас влезу к вам по водосточной трубе и отключу батарею сам.

— Это все он! — Разгневанно направила дрожащий палец на Вадика растрепанная, раскрасневшаяся, но вызволенная из неволи Валентина Александровна. — Это он не справляется со своими непосредственными обязанностями, в результате чего я оказалась взаперти! Я требую немедленно принять меры административного характера!

Вадик хранил молчание, понуро глядя в пол.

— Послушайте, Валентина Александровна, — устало прервал ее директор, — скажите, когда к вам в последний раз залезал в окно настоящий живой мужчина?

— Не помню… — Растерянно произнесла бухгалтер.

Источник